Детские дома и интернаты Запорожья

В стороне оставаться было совершенно невозможно

Запорожский сайт www.deti.zp.ua я приметила еще пару лет назад как один из наиболее серьезных в Украине интернет-ресурсов, посвященных всем аспектам проблемы детей-сирот.

Автор: Алла КОТЛЯР, http://www.zn.ua/
Опубликовано: 2007-07-23 00-05-00  Просмотров: 5671  
Оставить комментарий




Запорожский сайт www.deti.zp.ua я приметила еще пару лет назад как один из наиболее серьезных в Украине интернет-ресурсов, посвященных всем аспектам проблемы детей-сирот. Здесь адреса и описание детских домов Украины в целом и Запорожья в частности; юридические справки о приемной и многодетной семье, ДДСТ, усыновлении и опекунстве; фото, анкеты и образцы творчества воспитанников интернатов, книги и статьи по теме; информация о том, кому из тяжелых онкобольных детей и какая требуется помощь, а также фотоотчеты о проведенных волонтерами мероприятиях. Кроме того, вся эта информация дублируется на английском языке. Пожалуй, я не знаю других таких же сайтов, в таком объеме и с такой оперативностью аккумулирующих новости и аналитику по теме.

Раздел «О волонтерах» представляет людей, так или иначе причастных к поддержке работы сайта. Я была удивлена, когда узнала, что создателю сайта, Альберту Павлову, всего 28 лет, и что он с женой, имея собственную маленькую дочь Машу, взял под свою опеку еще двоих детей — достаточно взрослых братьев Витю и Сашу (14 и 11 лет), имеющих к тому же довольно серьезные заболевания. На фотографии — открытое и жизнерадостное лицо молодого парня. Есть люди, которые просто делают то, что считают нужным делать. Потому что оставаться в стороне — совершенно невозможно…

— Альберт, кто был инициатором того, чтобы принять в свою семью Витю и Сашу — вы или ваша жена? И что вас привело к волонтерской деятельности?

— Мы вместе к этому подходили. Можно сказать, что на 55% — я, на 45 — жена. В 2003 году мы познакомились с верующей семьей — Андреем и Мариной Белоконными из Донецка, которые помогали детям-сиротам. Все это было тогда очень далеким от нас. Желание помогать было, но о сиротах мы мало что знали. Мы просто стали водить ребят в походы, приглашать к себе домой в гости — поработать и поиграть на компьютере, посмотреть вместе телевизор, чтобы они почувствовали семейную обстановку. Постепенно сами втянулись. Тогда у нас побывало около 20 детей. Чтобы у них не возникало никаких иллюзий, объясняли — просто приглашаем в гости. Мы еще не были готовы взять кого-то в свою семью.

— Вы работаете? Когда и как вы успеваете всем этим заниматься?

— Я работал программистом на ОАО «Днепроспецсталь». Последний год моя работа связана исключительно с сайтом, который раньше был моим хобби. В прошлом году мы открыли раздел помощи онкобольным детям. И совмещать это с основной работой стало невозможно. Есть несколько спонсоров, которые платят мне заводскую зарплату. Недавно мы также создали и официально зарегистрировали свой благотворительный фонд.

— Что такое волонтер и вообще волонтерство в этой области? Что подразумевают эти слова?

— Волонтер, как я понимаю, — это тот, кто делает что-то помимо своей основной работы, для души.

Сейчас, когда я получаю зарплату, меня уже нельзя назвать волонтером. Исключительно волонтерской деятельностью это было на протяжении трех лет — как хобби, занятие для души. Это и сейчас для души, но теперь я все свое время посвящаю только этому.

Изначально цель у нас была очень узкая — найти и установить в одном из запорожских интернатов несколько компьютеров для обучения детей. Желающих побывать у нас дома было много, а принять всех было невозможно.

— Почему вы выбрали именно Витю и Сашу?

— Одному Богу известно почему. Мы общались со многими детьми. У каждого ребенка своя ситуация. Я, например, хотел мальчика и не слишком маленького — с двумя маленькими детьми мы бы не справились (нашей дочери два года).



Хотелось целенаправленно помочь какому-то одному ребенку. У нас было несколько кандидатур, но Витя подходил больше, в том числе и по ситуации с документами, что немаловажно. Кроме того, не все дети хотят жить в семье. Витя хотел. Он в достаточной степени послушный. Со своими, конечно, проблемами, как и у любого ребенка из интерната. Почти у всех — задержка психического развития. Витя не умел читать до 10 лет, не мог даже нормально связывать слова. Эмоций у ребенка было много, а выразить их он не мог. Потихоньку мы с этим справляемся. Братья — из глухонемой, к тому же пьющей семьи. На младшего, Сашу, мы документы еще не оформили. Он пока бывает в нашем доме в гостевом режиме. Но мы планируем взять и его.


Воспитанники интерната всегда рады Альберту

— С какими трудностями вам пришлось столкнуться при оформлении опеки? Какие советы вы могли бы дать желающим это сделать и от чего хотели бы предостеречь?

— Это было в 2005 году. Как сейчас — я не знаю. Возможно, мне опять придется с этим столкнуться, когда мы будем оформлять документы на Сашу. В 2005 году мы хотели создать приемную семью. Но инспектор по опеке тогда просто не знал о существовании такой формы семейного воспитания. Кроме того, на это не было денег. Мы хотели забрать ребенка из интерната поскорее, поэтому оформили опеку. Процедура заняла около трех месяцев и была не слишком приятной. Нас спрашивали, зачем нам вообще это нужно, если мы имеем собственного ребенка. Говорили, что мы делаем это ради денег (тогда на ребенка выплачивали 90 гривен, сейчас — 560). Я задавал им встречный вопрос: «Почему в таком случае вы сами не возьмете ребенка ради денег? Детей много. Зарабатывайте».

Что касается советов… Если у вас есть возможность, то подходите к этому с умом и берите детей. Мы ездим по интернатам — там так много классных ребят. Да, у них есть кое-какие проблемы. Но постепенно они приживаются в семье, даже в таком возрасте, как у наших. Да, мы порой ругаемся — всякое бывает. Притирка характеров у нас продолжается уже два года. Но для ребенка семья лучше, чем интернат. Я знаю по себе — хочется всего и сразу: чтобы ребенок изменился, стал успевать в школе и все понимать. Но не нужно спешить и перегибать палку. Вообще, если человек захочет взять ребенка, то, как мне кажется, никакие препоны его не остановят. Главное, конечно, — это желание и любовь к ребенку, что иногда, кстати, очень непросто. Ведь Витя мне по возрасту — как младший брат.

— Как дети вас называют?

— Витя, например, помнит папу. Я ему говорю, чтобы в школе, дабы не вдаваться в лишние объяснения, говорил «мама—папа». Он так и делает. А дома дети называют нас просто по именам.

— Ваши впечатления от первых посещений детдомов? Что вы там увидели?

— Впервые я побывал в запорожском интернате №3. Обстановка казарменная, дети бегут тебя обнимать. Холодно, зима, а они, помывшись, бегают в трусах и босиком. Ощущения жутковатые. Вообще интернаты разные… Есть такие, которые неплохо обеспечены. Но все равно — интернат есть интернат. Детей оттуда видно невооруженным глазом.

— Как родилась идея сайта?

— Из желания занять чем-то детей, обучить их работать на компьютерах — это во-первых. А во-вторых, хотелось попробовать, что это такое. Когда-то меня попросили разместить в Интернете объявление о том, что нужны деньги на операцию ребенку. И был удивлен — люди откликались. Мне хотелось что-то менять к лучшему. Я решил поделиться с людьми идеями. Кроме того, хотелось, чтобы сайт содержал не только просьбы о помощи, но и давал полезную информацию. Я программист, создавать сайт мне было интересно. Постепенно пришло и понимание проблемы. Сейчас у нас больше авторских материалов, рассказов.

— Вам удалось «раскрутить» сайт за довольно короткие сроки. Сколько человек обслуживает такой объемный и довольно оперативный ресурс?

— Начинал я один. Техническая поддержка и обновление — по сей день исключительно на мне. Периодически появлялись и исчезали те или иные волонтеры. Сейчас активно помогают три-четыре человека. Есть девушка, которая в детстве перенесла онкозаболевание, и теперь помогает нам с разделом по гематологии. Есть одна журналистка…

— Как вам удается привлекать волонтеров? Большой ли это круг людей?

— К сожалению, оставляет желать лучшего. До команды пока далеко. Иногда, после какой-нибудь публикации в запорожской газете, люди звонят и говорят, что хотят как-то помочь детям. Волонтерами становятся самыми разными путями.

— Раздел, посвященный проблемам онкологии и гематологии, появился на сайте не сразу. После чего?

— Год назад наш Витя заболел лимфогранулематозом. У нас был шок. Сейчас он прошел курс лечения и чувствует себя неплохо. Прошлой весной мы провели два-три месяца в Киеве: половину срока я, половину — жена. После того как мы все это увидели, у нас просто произошла переоценка ценностей. Я ведь почему ушел с работы? Я увидел, что в этой области действительно есть огромная потребность как-то помогать. Вернувшись в Запорожье, пошел в отделение гематологии, пообщался с родителями, врачами, посмотрел, что там происходит. В стороне было оставаться совершенно невозможно. Сейчас эти два направления на сайте равнозначны.

— Не так давно у вас появилась рубрика «Мир без сиротства», где со ссылкой на согласие детей вы размещаете их анкетные данные. Не противоречит ли это действующему в Украине законодательству о конфиденциальности информации?

— Когда мы размещали анкеты, я просто не задумывался о том, противоречит или нет. Мы хотели помочь, и, слава богу, благодаря этому кое-что было достигнуто. Появлялись друзья, спонсоры. Сейчас рубрика «Мир без сиротства» размещается в нашей главной областной газете — с фотографиями и неконфиденциальной информацией о детях. У нас нет доступа в личные дела детей: директор интерната не имеет права предоставлять информацию, касающуюся того, можно усыновить этого ребенка или нет.

— Способствовало ли размещение анкет устройству этих детей в семьи? Знаете ли вы конкретные случаи?

— Люди хотят переписываться, как-то общаться. Знакомятся с детьми, привозят им подарки. Были случаи, что детей брали за границу — в гости в Америку, Канаду через благотворительный фонд. Мы ни в коем случае не посредники в международном усыновлении. Но поскольку сайт сейчас имеет английскую версию, то нам пишут и многие потенциальные усыновители из-за рубежа. По мере возможности мы объясняем им ситуацию с законодательством.

Вообще рубрика «Мир без сиротства» — это некий, весьма далекий от идеала полуфабрикат. Хотя, как мне говорили, в запорожском Доме ребенка «Солнышко» 80% усыновлений произошло именно после появления нашей рубрики в газете. Честно говоря, я плохо понимаю ситуацию с украинскими законами в этой области. Я приведу пример. Онкобольной ребенок прошел курс лечения, мы помогали. Возвращать его сейчас в интернат означает получить рецидив болезни. В то же время размещением его в приемную семью государство никак не занимается и мы тоже не имеем права это делать.

Есть интернат в Калиновке, где содержится много детей с синдромом Дауна, тяжелобольных. Но мы не имеем права попытаться хоть что-то сделать даже для них. Ежегодно умирают 10% лежачих детей, то есть пятеро из пятидесяти. Ну какая разница, где они будут усыновлены — в Украине или за границей? Проверьте, чтобы семья была хорошая. По-моему, это самое главное.

— Как вы вообще относитесь к международному усыновлению?

— Если на равных правах претендуют украинцы и иностранцы, то, конечно, нужно отдавать приоритет национальному усыновлению. Ребенку значительно легче адаптироваться. Но опять же, нужно смотреть по семье: какая у нее история. Неправильно, когда родителей делят: если американцы — значит плохие, если украинцы — значит хорошие. Например, мальчик, которого усыновили два года назад уже взрослым в Америку, сейчас приезжает в Украину и помогает своему интернату. А есть мальчик, которого хотела взять в гости аме­риканская семья, и им не разрешили, потому что его мама не лишена родительских прав. Ребенок восемь лет находится в интернатах, и все это время от его биологической матери не было никаких известий. Его юридическим статусом просто никто не занимается.

— Приходилось ли вам общаться с представителями Министерства по делам семьи, молодежи и спорта? Проявляли ли они какой-то интерес к вашей деятельности?

— У них был форум на сайте. Я задавал вопросы. Потом на какое-то время сайт вообще закрылся. Многие люди спрашивали — как можно усыновить ребенка, где найти информацию. Новый сайт министерства имеет весьма сложную навигацию, форума нет.

— Помогают ли вам политики, бизнесмены?

— Я не помню таких случаев. Политики обычно помогают под выборы. Бывает, мелкие бизнесмены дают деньги на конкретные цели, никак это не афишируя, не привлекая СМИ. Мы предоставляем им отчет — как потратили деньги.

— Каковы ваши планы на ближайшее будущее? О чем вы мечтаете?

— Обеспечить родителей детей, больных онкологией. Чтобы они думали только о том, как поддержать детей, а не о том, как достать деньги на лекарства и операции. У нас есть разные проекты — как популяризировать устройство детей в семьи — сверх того, что делает государство. Потому что, как мне кажется, информации и рекламы об этом маловато. Мало кто толком знает о том, что такое приемная семья и что государством предусмотрена ее финансовая поддержка.

Хотим также пропагандировать гостевой режим. Планируем создать всеукраинский сайт по усыновлению, возможно, совместно с киевлянами. Всем этим, по сути, должно заниматься профильное министерство.

Хотим помогать приемным семьям совместно с Лигой приемных семей. Материально в интернатах в последние годы стало несколько лучше. А вот с духовным воспитанием… Хотим водить ребят в походы, показывать им интересные места. В планах также образовательные программы — обучать работе с компьютером, английскому языку, выявлять одаренных детей и поддерживать их. Идей много. Временных и человеческих ресурсов мало…

— Я слышала, что детский дом в Калиновке, прежде мало упоминаемый и находящийся в бедственном положении, одним из первых вытащили на свет божий именно вы? Как вы его обнаружили и что увидели там?

— Детдом в Калиновке привлек наше внимание тем, что о нем никто ничего не пишет, спонсоры его не замечают — как будто его вообще нет. Партии, корпорации для своих PR-акций выбирают детдома в городе, чтобы далеко не ездить. Да и телевидению лень потратить четыре часа на дорогу — они нам так и объяснили своё нежелание ехать с нами.

— Таких белых пятен, куда какая-либо дополнительная помощь поступает крайне редко, наверное, немало. Можете назвать хотя бы несколько и какие у них проблемы? Возможно, среди читателей «ЗН» также найдутся желающие помочь. Куда им можно будет обратиться?

— Те, кто хочет помочь именно запорожским детям, могут посетить наш сайт. Желающие узнать адреса и нужды детдомов Украины могут получить информацию на сайте detdom.info. Что касается материальных потребностей, то практически в любом детдоме или интернате будут рады спорттоварам (мячам, теннисным наборам, бадминтону), развивающим игрушкам, конструкторам (прочным, без батареек). В большинстве детдомов не будут лишними спортплощадки (спонсоры обычно устанавливают детские площадки в людных местах, а в детдомах — по-прежнему старые площадки совкового типа). С питанием и одеждой, по нашим наблюдениям, ситуация стала лучше. Но самое лучшее, что вы можете сделать для этих детей, — это просто прийти, подружиться с ними, подарить им частичку своей любви и внимания, и, если чувствуете в себе силы, забрать ребёнка в свою семью навсегда.

Узнать адреса всех детдомов Украины не так сложно, если есть желание.





  Контактная информация